• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи пользователя: Ильгельда (список заголовков)
20:41 

Финрод-Зонг "Первая ария Финрода"

Ильгельда
В час, когда вечерняя тень
Опускает сонную сеть,
Я не вижу каменных стен,
Оттого, что ты еще есть.

Знаю я, что нет пути вспять,
Что застыло сердце во льду,
Знаю я, что встречу беду
Там, где пробуждается память.

Я проклинать не смею выбор твой
Нельзя проклясть и то, что я так создан -
Одной душе служить любви одной,
А лгать себе, похоже, слишком поздно.

Меж мною и тобой граница льдин.
Закат ее багрит кровавым светом.
Не в том беда, что я теперь один -
А в том беда, что песня не допета...

Между нами даль и вода.
Между нами - сумрака след.
Ты всего лишь крикнула: "Нет",
Навсегда оставив мне "Да".

Ты отныне - символ удач.
Ты отныне - вечный укор.
Если бы не старый раздор,
Все, быть может, было б иначе.

На Западе горят твои крыла.
Ах если бы любовь не знала правил!
Не ты меня кому-то предпочла.
Похоже, это я тебя оставил.

Возможно, между нами нет преград.
Возможно, мы еще увидим лето.
Не в том беда, что мне нельзя назад -
А в том беда, что песня недопета...

Сколько раз желтела трава
С той поры - как злато волос.
Но кольцо, что Берен принес -
Знак, что ты осталась права.

Нет дороги, кроме прямой.
Нет любви, что можно предать.
Ты навек рассталась со мной,
Я не обещал расставаться.

Ты стала путеводною звездой,
Веди меня теперь сквозь бездорожье.
Одной душе служить, любви одной -
Теперь уже иначе быть не может.

На Западе горит твой ровный свет.
Прости, что я потребовал ответа.
Не в том беда, что ты сказала: "Нет"
А в том беда, что песня недопета.

01:30 

Финрод-Зонг "Дуэт Берена и Финрода"

Ильгельда
Берен:
Я прошу о помощи, государь.
Моему отцу ты поклялся в дружбе,
И свое кольцо ему отдал в дар,
Чтобы не забыл он о верной службе.
Я прощу о помощи, государь,
Мой отец в бою тебя спас когда-то.
Ты свое кольцо ему отдал в дар,
Чтобы отплатить потом той же платой.

Финрод:
Тебя я узнаю.
Ты сын того героя,
Которому в бою
Обязан я судьбою.

Берен:
Светел и прекрасен ты, государь.
Но сородич твой ядовит, как овод.
Для меня любовь - драгоценный дар,
Для него любовь - это только повод.
Дочь его люблю я превыше сил,
Он же не желает нас видеть вместе.
За нее он требует сильмарилл,
Такова цена королевской чести!

Финрод:
Чего же ты хотел,
Сын младшего народа,
Которому в беде
Обязан я свободой?

Берен:
Я хочу любовь защитить свою,
Я хочу исполнить чужую волю.
Я готов сразиться в любом бою
С Господином Тьмы, властелином боли.
Снаряди отряд, чтобы мне помочь.
Я пойду к Врагу, что сидит на троне.
В каменной пустыне, где правит ночь,
Вырву сильмарилл из его короны.

Финрод:
От рока не спастись...
Как мог об этом знать я?
Погибельная мысль,
Ожившее проклятье!

Берен:
Ты живешь беспечностью, государь,
Счастьем полон век твой, что ныне длится.
Вот твое кольцо, твой бесценный дар -
Ни тебе, ни мне оно не сгодится.

Финрод:
Чистое безумье - твои слова...
Так рука судьбы мне подносит чашу.
Честь моя дороже, чем голова,
Но твоя затея - погибель наша.

Берен:
О, если б ты любил,
Дышал одной любовью,
Злосчастный сильмарилл
Омыл своею кровью!

00:07 

Финрод-Зонг "Баллада Галадриэли"

Ильгельда
Галадриэль:
Ты скажи мне вереск, скажи,
Зелен ли твой летний наряд?
Легок ли цветущий твой плат,
Под которым спит мой брат,
Мой любимый брат,
Все простивший брат?

Ты скажи мне память, скажи,
Как он бросил все, что имел,
Свет какой звезды в нем горел?
Как предвидеть он посмел общий наш удел,
Проклятый удел?

Финрод:
Смотри, сестра, смотри, на мне любовь оставит шрам.
Беда и боль вдали - ноги моей не будет там!

Галадриэль:
Но я сказала:
Брат, мы все-таки пойдем вперед.
Над нами день угас, но там, вдали, горит восход.
Ты скажи мне берег, скажи,
Как мы отреклись от Даров,
Как мы потеряли наш кров...
И под горечью утрат
Шел вперед мой брат, мой любимый брат.

Ты скажи мне, слава, скажи -
Что могла ты нам предложить?
Ты встречала нас в цвете лжи,
В клевете чужих наград.
И, смотря назад, мне сказал мой брат:

Финрод:
Смотри, сестра, смотри, с Гордыней обвенчалась Смерть.
Здесь нужно быть, как все, боюсь, мне это не суметь.

Галадриэль:
Но я сказала:
Брат, я все-таки пойду вперед.
У нас надежды нет, но там, вдали, горит восход.
Ты скажи мне, верность, скажи,
Чем ты покоряешь сердца?
Почему с тобой до конца
Был единственный мой брат,
Мой любимый брат,
Все простивший брат?

Ты скажи мне, гибель, скажи,
Как среди теней и снегов
Слышал он твой сумрачный зов,
Как меня сильнее был
Шелест твоих крыл,
Беспощадных крыл.

Смотри, мой брат, смотри,
Покоя сердцу не найти.
Одна душа у нас - но как же разнятся пути!
Но там, в конце разлук, в краю без горя и невзгод,
Над встречей наших рук зажжется золотой восход.

22:07 

Тэм Гринхилл "Ириалонна"

Ильгельда
Как позвать мне так, чтобы услышала душа
Сожжены мосты и остается только ночь
Избран путь давно, и больше нечего решать
Неужели, братья, не сумеете помочь?!
Помнишь, святое вино по кругу,
Сталь ледяная меча в ладонях,
Как выручали в бою друг друга...
Будешь, оставшись ли обо мне помнить?

В четырёх стенах, и нет надежды на побег.
Неужели за руку придут рассвет и смерть?!
И не смогут мне помочь ни бог, ни человек,
Не услышат, не найдут, а могут не успеть.
Помнишь, в ладонях янтарные блики,
В каплях росистых солнце смеялось,
Помнишь ли полный шлем земляники,
Что ты принёс мне, а я испугалась...

Как же держит жизнь, и как же страшно умирать!
Вновь судьбе угодно было два скрестить пути...
Он напрасно дал мне время, чтобы выбирать,
Быть в его руках игрушкой, или в смерть уйти.
Помнишь ли тень, что легла между нами,
Как мы друг друга с тобой избегали,
Связаны клятвой, святыми словами,
Доспехом сердца друг от друга скрывали?

Я как видно не умею помощи просить,
А душа на волю рвётся, чувствуя беду...
Пусть мои ошибки братья смогут мне простить
И запомнят моё имя, если я уйду...
Помнишь.…Как страшно уйти, не простившись,
Ушедшим за Грань не вернутся обратно,
Звёзды поблекли, в заре растворившись,
Так неужели всё кончено, брат мой?

23:55 

Ария "Кровь королей"

Ильгельда
Голос, певший тебе в ночи, замолчал навсегда
И сгорают в огне свечи за годами года.
Те, кого ты всю жизнь любил, у небесных ворот,
А король, властелин судьбы, пробуждения ждёт.

Он венчал свою жизнь и бессмертие,
Но не в храме, а в битвах, где борются зло и добро,
Дал узнать людям вкус милосердия,
Обратил в благородную ненависть, злость на врагов.
Он осенён римским крестом,
Над головой - красный дракон,
На клинке меча руническая вязь.
Правит король твёрдой рукой —
Слово и мощь, свет и покой
Словно камни-исполины держат власть.

Нет начала, нет конца историй,
Есть кольцо блуждающих огней,
Ложь и правда в нём извечно спорят
И на их алтарь льётся кровь королей!

У любимца небес путь изведанный —
За победы земные он выплатит дань, как и все.
И на битву спешит, сыном преданный,
Над багровой рекой сотни рыцарей с ним встретят смерть.
Два мира здесь в битве сошлись —
Сын и отец, бездна и высь,
Серой тучей затянула небо пыль.
В этом бою каждый силён,
Лишь на заре враг побеждён,
Но израненный король упал без сил.

Нет начала, нет конца историй,
Есть кольцо блуждающих огней,
Ложь и правда в нём извечно спорят
И на их алтарь льётся кровь королей!

Девять сестёр в чёрных плащах прочь увезут короля,
Может быть в грот на островах из дивных глыб хрусталя.
Тёмных времён начат отсчет, не повернуть реки вспять,
Не повторить новый восход, Век Золотой не начать.

В ранний час в серебристом сиянии
Из подземных глубин поднимается тень на коне.
Но пока всё спокойно в Британии —
На закате король погружается в сон свой во тьме.
Грянет беда - выйдет король,
Чтоб отстоять дело своё
И мессией возвратиться в этот мир.
Но для толпы он не святой —
Дьявола в нём видит любой,
И не узнанный он будет вновь убит.

Нет начала, нет конца историй,
Есть кольцо блуждающих огней,
Ложь и правда в нём извечно спорят
И на их алтарь льётся кровь королей!

Пребывай же в блаженном сне, благородный король,
Быть мессией в своей стране - незавидная роль…

23:51 

Ария "Закат"

Ильгельда
Я вижу, как закат стёкла оконные плавит,
День прожит, а ночь оставит тени снов в углах.
Мне не вернуть назад серую птицу печали,
Всё в прошлом, так быстро тают замки в облаках.

Там все живы, кто любил меня,
Где восход - как праздник бесконечной жизни,
Там нет счёта рекам и морям,
Но по ним нельзя доплыть домой.

Вновь примирит всё тьма, даже алмазы и пепел,
Друг равен врагу в итоге, а итог один...
Два солнца у меня на этом и прошлом свете,
Их вместе собой укроет горько сладкий дым.

Там все живы, кто любил меня,
Где восход - как праздник бесконечной жизни,
Там нет счёта рекам и морям,
Но по ним нельзя доплыть домой.

Возьми меня с собой, пурпурная река,
Прочь унеси меня с собой, закат.
Тоска о том, что было, рвётся через край,
Под крики серых птичьих стай.

Я вижу, как закат стёкла оконные плавит,
День прожит, а ночь оставит тени снов в углах.

23:47 

Лора Бочарова "Блэк"

Ильгельда
Твой голос я почти не слышу, Создатель…
Душе начертано гореть.
Мои друзья – один мертвец, один предатель,
А третий мне не верит впредь.

Какой смешной финал!
Я б оценил его, когда б не знал,
Как страшно ноет это место внутри,
Где я тебе доверял.

Ты не был из тех, кто никогда не терял головы.
Но, небо, я просил всего лишь каплю любви
Для пересохшего горла.

Где ныне все, кто мне клялись, что любили?
Душе предписано болеть.
Мои друзья – один подлец, один в могиле,
А третий мне не верит впредь.

Какой смешной финал!
Еще доносит эхо школьный бал.
Где это время зацветающих лип,
Когда ты мне доверял?

Ты не был из тех, кто шел путем наименьшего зла.
Но, небо, я хотел всего лишь каплю тепла
Для остывающей крови.

Мои друзья, вы были вместе все годы,
И вместе отняли покой
Рукою лжи, рукой внезапного ухода
И недоверия рукой.

Какой смешной итог!
Я б оценил его, когда бы смог
Не видеть подписи твоей, мой друг,
Меж обвинительных строк.

Ведь не было тех, с кем бы меня прочней связала судьба.
Но, небо, мне нужна всего вера в себя –
И я воскресну из мертвых.

23:43 

Лора Бочарова "Альбигойцы"

Ильгельда
Погребальных костров стелился сизый дым,
Мимо полых холмов, по дорогам пустым,
По равнинам седым в ожиданье снегов —
Ответь мне, чем был твой кров?

Чем была наша цель средь бурлящих котлов,
Среди скованных тел, среди плотской тюрьмы?
Мы ошиблись дверьми, я здесь быть не хотел!
Очнись же, сорван покров:

В небесах
Плавят медь.
Это Смерть —
Рыцарь в черных шелках,
Проводник
К раю,
Где беспечен псалом,
Где за круглым столом,
Как Артурово рыцарство, свита Христова
у чаши с вином.

Всем, кто большего ждал, Господь направит гонцов,
В их руках, как Грааль, горит смертельный фиал,
Hо если это финал — он так похож на любовь...
Ты слышишь пенье ветров?
Hад сетью белых дорог, над дробным стуком подков
Открыта дверь облаков.
Так труби же в свой рог над вселенской зимой,
Что была нам землей!
Hад пеплом наших костров.
Оглянись,
Вестник ждет,
Проводник
До последних ворот,
Где меня
встретят
Все, кого я любил,
Все, кого я любил,
Все, кого, как и нас, в небеса уносил
ветер...

23:40 

Лора Бочарова "Монсегюр"

Ильгельда
Весть моя черна, как страх,
Страх фанатика пред верой —
Провансальский жезл в руках
Черной своры тамплиеров.

Гербы могил на снегу...
Дай нам Бог
Hе опускать забрал
При взгляде им в лицо!
Еще не пал Монсегюр.

В стоне ветра бьет набат.
Гарью пахнут зевы бойниц.
Пурпур неба — не закат,
Кровь магистра альбигойцев!

Коней пускайте в аллюр,
Южный ветер
Расправляет
Обожженное крыло...
Еще не пал Монсегюр.

С каждым сложенным костром
Крепнет черная корона,
Католический содом —
Остов дьявольского трона.

Я слышу pев амбразур...
Время адского проклятья
Вступит в силу
Лишь тогда,
Когда падет Монсегюр.

23:35 

Йовин "Посвящается N.N."

Ильгельда
Вся наша жизнь отныне без остатка —
Холодный блеск, стальное острие.
Не отступить — мной брошена перчатка,
Не отступить — вы подняли ее.

Не отступить, хоть правил я не знаю,
Смертельный финт придержан до поры.
Ах, ради Вас — хоть я и не играю,
Я принимаю правила игры.

И каждый день — без права на ошибку,
И не прервать проклятую дуэль.
Как Вы милы, как вежлива улыбка...
Что ж, выпад точен — Вы попали в цель.

Был выбор мой — безумье за отвагу,
Был вызов мой — Вы приняли его.
У Ваших ног — изломанная шпага,
Несбывшейся победы торжество.

Приходит час случайного прозренья,
За краткий миг — высокая цена.
Никто из нас не верит в отступленье,
Но никому победа не нужна...

23:31 

Йовин "Ронсеваль"

Ильгельда
В край моего щита метит копьем закат.
Пыль на зубах скрипит, пыль застилает взгляд.
Я говорю: "Мой господин, прекрасный граф Роланд,
Едем другим путем!"

Скалы над пропастью встали темницами,
Здесь доверять нельзя людям и птицам, и
Я говорю: "Мой господин, прекрасный граф Роланд,
Едем другим путем!"

Не различить лица, не отворить броню.
Крепко поводья сжав, шпоры даешь коню
Молча.

Побагровел закат, алым глаза слепя.
Взрезана твердь небес перьями ястреба,
А за спиной я различаю шаг предательства
В стуке стальных подков!

Чаши заздравные с каждым Вы пили ли?
Кровью окрасилось золото лилии...
Я говорю: "Мой господин, прекрасный граф Роланд,
Много ль у Вас врагов?"

Чертит перчатки сталь медленный полукруг —
Ты указуешь вдаль, на мавританский юг
Молча.

Вижу, десницы скал крошат щитов эмаль.
Чую беду и смерть в имени "Ронсеваль".
Я говорю: "Мой господин, прекрасный граф Роланд,
Время трубить в рога!"

Не оттого ль молчит труб золотая медь,
Что от отрогов гор помощи не успеть?
Верит ли мне, мой господин, прекрасный граф Роланд,
Что гибель в бою легка?

Мчаться навстречу ей - Вы не сошли с ума ль?
Станет могилой нам каменный Ронсеваль!
Не осадить коней, строя не уберечь,
Вижу леса знамен, слышу чужую речь!

За королевский дом, за золотистый дрок,
За безрассудный долг ты поднимаешь рог -
поздно!
Fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra...
Чьи голоса звенят, чьи голоса поют?
Крикнув тебе: "Прощай!", падаю, падаю
в звезды...
Sicut et nos dimittimus debitoribus nostris...
Et ne nos inducas in tentationem;
Sed libera nos a malo... libera nos a malo...

23:26 

Йовин "Размышления перед битвой"

Ильгельда
Молча застыли два войска напротив друг друга.
Пройдена грань. Позади - роковая черта.
Сердце стучит в тишине. Всё застыло.
Осталась одна пустота.
Поздно. Теперь уже не отступить —
Только бой всё вернёт на места.
Зелень травы и небес синева — на знамёнах.
Рвёт тишину крик команды в послушном строю.
Брат мой! Ответь — почему после боя
Мы сами с собою в бою?
Кто объяснит мне — зачем убивать?
Для чего я сегодня убью?
Что же... Нам ждать не придётся начала сраженья.
Рог протрубит — мы рванёмся вперёд, на врагов.
Битва опять затуманит сознанье,
Застынет движенье часов.
Кто победит, и кто будет повержен —
Колеблются чаши весов.
...Втоптаны в грязь зелень трав и лазурь небосвода.
Мягкой волной всё окутает тьмы пелена.
Ночь подкрадётся неслышно, и глянет с небес молодая Луна...
Мёртвым глаза не закроет сиянье,
Никто не очнётся от сна.
Некому будет судить победителей...

23:22 

Йовин "L"

Ильгельда
Сигнал грохочет на старт, в моем открытом зрачке
Не отражается явь, а отражается свет,
Вокруг вращается пространство, я иду налегке,
И вновь встаю на след.

Два коридора в никуда, потоки цифр со стен,
Я вижу все, но слишком ярок ослепительный луч,
Ключи разбросаны по полу, я привык к темноте,
Ищу последний ключ.

Ты тоже здесь, и ты как я, не наугад, а насквозь,
Всегда на шаг впереди, чтоб не увидеть лица.
Наш поединок здесь, теперь, среди вращенья колес,
Смертельный, до конца.

Стекают цифры, проступает раскаленный металл,
Я открываюсь, чтобы знать, и жду единственный удар,
Зрачок игольным острием, и скоро будет финал
И двадцать пятый кадр...

Здесь так светло. Одновременно у финальной черты.
Я так боюсь одного — что это все-таки ты.

23:08 

Канцлер Ги "Слезы и кровь"

Ильгельда
Здравствуй!
Мелькнули чёрные перья где-то у входа в зал.
Вижу — испуган, вижу — растерян, знать ты меня не ждал.
Вот и учись без истерик и позы вызов бросать судьбе,
Я называю — кровь или слёзы — но выбирать тебе!

В спину удар может и проще… Мне ли тебя учить?
Лживый угар — это же, в общем, твой безотказный щит.
Я разливаю боль без угрозы, выпей со мной до дна!
Что ж ты боишься? "Кровь" или "Слёзы" — это лишь сорт вина.

Слёзы и кровь — всё как обычно, будем сжигать мосты.
Честно сказать, мне безразлично, чем захлебнёшься ты.
Но не привык раздавать я пощаду для ядовитых змей…
Мне ничего объяснять и не надо…
Пей, отравитель, пей!

23:01 

Канцлер Ги "R.R."

Ильгельда
Сохнет трава, задохнулись глухие трубы,
Клятвы слова против воли прошепчут губы,
Мне не дано знать, что сказало мне: "Прими!"
Злое, как кровь, вино любит играть с людьми.

Но как же мог я поступить иначе,
Хоть, впрочем, ясно мне действительно одно:
Вы ненавидите меня — до плача,
И мне от этого смешно,
И мне от этого смешно.

Ваши глаза так сверкают желаньем мести,
Против и за: ваша Честь и мое бесчестье,
Как же давно размотали боги эту нить,
Только вино одно это велит забыть.

Когда б на то случилась ваша воля,
Гореть бы, верно, мне на медленном огне...
Вы ненавидите меня — до боли,
И это весело вдвойне,
И это весело вдвойне.

Стынет окно, а в закате играет солнце,
Пейте вино, пойте песни, пока поется,
Просто в камин бросьте еще немного дров,
Вы, как и я, один — в общем, сюжет не нов.

Вы столь близки, и это так опасно,
Но разум, верно, утонул в "Дурной Крови".
Вы ненавидите меня так страстно,
В полшаге стоя от любви,
В полшаге стоя от любви.

Вы столь близки, и это так опасно,
Но разум, верно, утонул в "Дурной Крови".
Вы ненавидите меня так страстно,
В полшаге стоя от любви,
В полшаге стоя от любви.

22:51 

Тэм Гринхилл "Последний пир"

Ильгельда
Последняя чаша прощанья - вино золотое.
В молчаньи по кругу серебряный кубок идет.
Никто не вернется из этого боя,
Последнюю песню сегодня певец допоет.
В бой через смерть — страшен путь и далек,
Песня замрет в тишине:
Когда менестрель берет в руки клинок,
Лютня сгорает в огне.

В битве равны перед смертью сказитель и воин.
Рука менестреля обнимет меча рукоять.
В глазах — обреченность, но бледные лица спокойны.
Война на пороге, но в битве им не устоять.
Поёт менестрель — голос чист и высок,
Песня звенит в вышине.
Когда менестрель берет в руки клинок,
Лютня сгорает в огне.

Пусть обучали науке владенья оружием,
Все же певцу не под силу воителем стать.
Меч менестрелю держать тяжело и не нужно,
Еще тяжелее его для убийства поднять.
Рыцари песни и дальних дорог
Гибнут в жестокой войне.
Когда менестрель берет в руки клинок,
Лютня сгорает в огне.

Окончился пир и допета последняя песня.
Железные струны в последний раз гладит ладонь.
Пора — на пороге застыл в ожидании вестник,
И бережно лютню певец опускает в огонь.
Чисто и звонко зарю поет рог,
Порванной вторя струне:
Когда менестрель берет в руки клинок,
Лютня сгорает в огне.

22:42 

Тэм Гринхилл "Защитникам Шаэрраведда"

Ильгельда
Золотая трава стала червонной от крови,
Черноту от пожарища с белой стены не стереть.
Государь победитель, дозволь слово пленнику молвить,
Перед тем как в туман за собой уведёт меня Смерть.

Моё слово не меч,
От судьбы не уберечь,
Кровь на белой стене —
На войне как на войне.

Мы сражались за смерть, защищая пылающий город,
И теперь лишь на пару часов нам отсрочка дана.
Посмотри — брат мой младший стоит, он совсем ещё молод,
Отпусти его, князь, за двоих я отвечу сполна…

Как же кровь горяча
Чёрной птицею с плеча
Улетит моя душа,
А судьбе не помешать.

Отпусти его, князь, ты же видишь — он смерти боится,
Он так мало прожил, он не должен был воином стать,
Ты же слышишь, как бьётся душа перепуганной птицей,
Неужели за битву ты кровь не устал проливать?

Но в глазах твоих — сталь,
Чужака тебе не жаль,
Что тебе мои слова —
Сталь меча всегда права…

На холодном лице замерла безразличная маска,
А в глазах приговор — чужака невозможно простить.
Жаль, у песни счастливый конец может быть только в сказке,
Но не стоит, мой брат, Дара жизни у смертных просить!

Протяни мне ладонь —
Мы шагнём через огонь,
Через боль, через страх,
Унося Звезду в руках,
Унося Звезду в руках…

22:24 

Тэм Гринхилл "Ветер Севера"

Ильгельда
Ветер Севера,
Спой мне о доме моём,
Что посмела забыть,
В небо серое
Мы на рассвете уйдём
До Чертогов Судьбы.
Лёд дробят у крыльца
Кони Часа Конца
В ожидании зова последней трубы.

Звонким вереском
Спрячутся наши следы,
И не вспомнят о них.
Кто поверит нам,
Рыцарям падшей звезды
Из отвергнутых книг?
Пусть в узоре времён
Ни стихов, ни имён,
Но напомнит забывшим их полуночный крик.

Словом брошенным
Будет разрушен покой
И живое тепло,
Мелким крошевом
Мир под жестокой рукой,
Как цветное стекло.
По веленью творцов
Нам смеются в лицо,
От руки неумелых умирать тяжело.

Сон безвременный
В липкой глухой тишине
Переписанных фраз
Ядом медленным
Ложь в почерневшим вине —
Дар последним из нас.
В окна бьётся рассвет,
Больше времени нет,
Мы достигнем Чертогов в установленный час...

Ветер Севера,
Спой мне о доме моём,
Что посмела забыть,
В небо серое
Мы на рассвете уйдём
До Чертогов Судьбы.
Лёд дробят у крыльца
Кони Часа Конца
В ожидании зова последней трубы...

22:12 

Тэм Гринхилл "Посвящение Бертрану"

Ильгельда
Не спугни мою тень, когда я войду в дом по ступеням луны,
В неназначенный день, не по чьей-то вине, возвращаясь с войны.
Назови свою печаль именем моим,
В одиночестве небес хватит места нам двоим.
В тревожной тишине, по трепетной струне
Душа уходит ввысь,
Душа уходит в звук,
Душа уходит в звук,
Опять спина к спине на прежней стороне
Мы держим хрупкий мир,
Не размыкая рук,
Не размыкая рук.

Не ищи новых слов для молитвы Тому, кто рядом был всегда,
Из посмертия снов нас выводит к рожденью все та же звезда.
Первый ветреный рассвет прошлое сожжет,
Только замок на холме тайну бережет.
На скомканном листе слова опять не те,
Сплетая жемчуг фраз,
Сплетая в нить сердца,
Сплетая в нить сердца,
Под тенью древних стен
С крестом иль на кресте
Мы принесли обет
Быть верным до конца,
Быть верным до конца.

Не прощайся со мной, я иду далеко — до границы миров,
Дальше края небес, вслед за девой-весной, далеко-далеко,
Самородным серебром раздавая смех,
Чтобы все за одного, а один за всех.
Сквозь неприступность скал,
Сквозь плен чужих зеркал
Последний ломкий луч
Бесценного тепла,
Бесценного тепла.
Как знамя свернут бал,
Пустынный темный зал
И не закрыта дверь
За той, что вновь ушла,
За той, что в ночь ушла.

21:53 

Тэм Гринхилл "Полночь оплачет"

Ильгельда
Полночь
Оплачет холодной росою погибших в этом бою.
Помнишь —
Горел закат, мы стояли с тобою на самом краю,
Молчаливо молясь, позабыв имена,
Но я знала, что будет война.

Поздно
Исправлять перед боем последним в ладонях судьбы филигрань.
Звёзды,
Что хранили от бед, нам паденьем укажут дорогу за грань
Мы пока ещё здесь и ещё не конец,
Но горит уже в небе возмездья венец.

Пламя
Сотрёт слова и сказанья в узоре тонких страниц,
Плавят
Ночное небо багровые сполохи дальних зарниц —
На пороге беда, чёрный вестник в седле,
Мы найдём свою смерть и пристанище в этой земле.

Вереск
Покроет развалины нашего дома через года,
Ветер,
Боясь принести непокой, никогда не вернётся сюда,
Только море цветов, только полночь в слезах,
Мы уйдём, но вернёмся назад.

@тексты - Любимые тексты песен

главная